Russian

Гонка вооружений, площадь Немцова, «но есть и хорошие новости»

4 min read

Прорывная гонка

Владимир Путин на этой неделе окончательно актуализировал оборот «гонка вооружений». Если раньше он возникал лишь как аллюзия, отсылка к временам холодной войны, то сейчас артикулирован вполне ясно: слова «вооруженные» и «вооружение» Путин в своем послании Федеральному собранию произнес 22 раза, слово «оружие» — 35 раз. Он говорил о растущей военной мощи России, об оружии, которого больше ни у кого нет, об уникальных ракетах с «непредсказуемой траекторией полета» и о том, что «Россию сдержать не удалось». Однако при этом само словосочетание «гонка вооружений» Путин произносил не по отношению к России, а по отношению к США: «Те, кто на протяжении 15 лет пытается раздувать гонку вооружений…»

Этот прием отзеркаливания («говоришь на меня, переводишь на себя») российские политики, в частности президент, отработали давно. Получается, что Путин долго говорит о некоем «прорывном» оружии, с помощью которого Россия всем покажет, если захочет, но при этом пытается дать понять: нет-нет, гонится не он, гонятся за ним.

Кстати, слова «прорыв» и «прорывной» оказались тоже одними из ключевых: их президент произнес 12 раз!

Слова эти в контексте речи можно понимать двояко. Прорыв — это и достижение, революция в какой-то научной сфере, и военный прорыв — прорыв фронта, пойти на прорыв.

Владимир Путин действительно произносит свою речь как бы с огневого рубежа (в самом начале он и говорит о том, что речь — рубежная), готовый запустить «уникальную непредсказуемую ракету», которая поразит врагов России.

Однако сам он — вспомним снова о приеме отзеркаливания — говорит о том, что «военная мощь России — это гарантия мира». И снова дает повод для избитого уже сравнения с Оруэллом, в котором, как мы помним, «война — это мир».

Площадь Немцова

В списки главных слов и выражений недели и даже месяца нечасто попадают топонимы. Но во вторник, 27 февраля, это произошло. Топонимом недели, безусловно, можно назвать площадь Немцова, которая теперь уже официально появилась на карте Вашингтона.

По сути, столица США стала первым городом мира, который увековечил имя политика таким образом, — в остальных городах, которые собираются назвать в честь Немцова улицы и парки, это пока в планах.

Nemtsov Plaza, безусловно, политическое наименование, потому что имена политиков или общественных деятелей обычно присваивают городским объектам на волне именно политических событий.

Однако при этом в нем есть, как ни странно, и чисто адресная составляющая.

Имя политика будет автоматически напоминать о стране, в которой его убили, а организаторов преступления так и не нашли

Топонимисты отмечают, что главная функция названий улиц в городе — именно адресная. Это означает, что они должны выполнять роль навигатора, вести человека по городу, напоминая о том, где и что находится. Именно поэтому логично, что площадь Пушкина в Москве находится там, где стоит памятник Пушкину: название напоминает об объекте, а объект — о названии.

И тут возникает интересный эффект: площадь Немцова стала официальным адресом посольства России в Вашингтоне. Теперь в сознании людей абсолютно разных взглядов это название будет «прикреплено» к конкретному объекту, и всем им придется этой связкой пользоваться, чтобы найти здание или отправить письмо. Это наименование связывает официальную Россию и Немцова. Имя политика будет автоматически напоминать о стране, в которой его убили, а организаторов преступления так и не нашли.

О том, что напоминание это не очень приятно, говорит реакция государственных российских телеканалов и те слова, которые они использовали, рассказывая об открытии Nemtsov Plaza. Журналист Сергей Пархоменко на своей странице в фейсбуке отмечает, что в новостях канала «Россия» площадь Немцова в Вашингтоне называют «газоном» или «площадкой, используемой для продажи елок».

Но есть и хорошие новости

В соцсетях на фоне последних событий становится все более популярной фраза «Но есть и хорошие новости». Она уже успела превратиться в сетевой штамп, с помощью которого начинают либо просто маркируют посты о каких-то действительно приятных событиях.

Откуда эта фраза взялась изначально, сказать сложно. По одной из версий, она принадлежит писательнице Линор Горалик. Случай, когда эта фраза была произнесена, описывает литературный критик Александр Гаврилов:

Горалик: Да-да. Они никогда не слушают того, что я говорю, а утверждают, что это просто передачи радио «Мрачный ***».

Гаврилов: На этом радио есть разные рубрики. Мы поняли, что это рубрики, когда ехали по рижскому взморью, нас вез прекрасный русский поэт, живущий в Латвии, Сергей Тимофеев, вокруг было неимоверно красиво, абсолютно другой воздух, прозрачный. И посреди всего этого Линор вдруг отвлекается на мгновение от смартфона и говорит: «Но есть и хорошие новости. У папы нашего близкого друга не четвертая стадия рака, а третья». И вот это «Но есть и хорошие новости» — это постоянная рубрика на радио «Мрачный ***».

Хотя эта фраза и начинается с противительного «но», она самодостаточна и никакой первой части не предполагает: эта часть только мыслится, подразумевается. Союз «но», таким образом, в контексте этого оборота становится противопоставлением всему, что происходит вокруг. Фраза «Но есть и хорошие новости» — это противопоставление общему злу и безнадеге, сквозь которую вдруг прорывается что-то светлое.

Президент пугает мир ракетами; в российском посольстве находят чемоданы с кокаином; в Думе предлагают лишить ролей актеров, которые критикуют Россию; в Челябинске массово насилуют подростков, а тех, кто пытается об этом рассказать, запугивают; у матери отбирают усыновленных детей за то, что она сделала операцию на груди…

Да, когда что-то выбивается из этого ряда, действительно хочется написать только одно: «Но есть и хорошие новости».

Source
Гонка вооружений, площадь Немцова, «но есть и хорошие новости»
Tags
Show More

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Related Articles

Back to top button
Close
Close